Моя земля, моя любовь!

Пятница, 29.05.2020, 23:08

Приветствую Вас Гость | RSS | Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход

Наталья Тимофеева. Мамаша Дорсет
Главная » Статьи » Юмористические рассказы

Байки для юных особ

Случайное знакомство

Не помню, чем я занималась в тот день, помню только, что телефонный звонок прозвучал совершенно неожиданно и вывел меня из вяло текущего осеннего анабиоза. По ошибке в то время звонили всё реже, но, в связи с семейными обстоятельствами, любой сигнал извне был для меня знаком чего-то заведомо неприятного.
Дети были в школе, из трубки могло "вылезти" какое угодно чудо, и я "сделала стойку". Но достаточно мягкий мужской баритон вежливо поздоровался и тихо спросил, нельзя ли позвать Надежду Петровну. Расслабившись до положения "вольно", я поздоровалась в ответ и, используя всё обаяние грудного регистра, нахально ответила, мол, не могла бы я заменить ему эту самую Надежду Петровну. Мой кураж восполнял минутное напряжение, которое я испытала.
- А Вы сможете её заменить? - не замечая шутливого тона, спросил звонивший, - а то анализы будут нужны мне уже сегодня!
- Ну, с анализами у нас все нормально, - ответила я с улыбкой в голосе, - можете не сомневаться. Кровь и моча в порядке, с мозгом напряжёнка, но с каждым днём всё лучше и лучше!
- Так Вы шутите!? - с оттенком удивления проговорил мужчина, - а что, я не туда попал? Извините за беспокойство!
- Ну, смотря, куда Вы хотели попасть, - Остапа несло, - если в лабораторию, то не туда, а если в квартиру, то какая Вам разница, Надежда Петровна или Наталья Владимировна!
- У Вас очень красивый голос, Наталья Владимировна, да ещё и с чувством юмора все в порядке...Давайте познакомимся!- воодушевился звонивший, достаточно чутко среагировав на мой призыв.
- Так мы уже познакомились, мне Ваш голос тоже понравился. Ошиблись, и на здоровье!
- Я - Николай Егорович, - представился собеседник, если не секрет, чем Вы занимаетесь в своей квартире и в жизни вообще?
- Да так, все больше по хозяйству и с детьми.
- И Вам не скучно? То есть, я хотел сказать, а не могли бы мы встретиться?
- Наверное, могли бы - прошелестела я, поеживаясь, не очень уверенно. Вот, сама напросилась, дурында, надо ведь как-то помедленнее, не так сходу. - Давайте пока просто поговорим, если я Вас ни от чего не отвлекаю! Вы там про анализы что-то говорили...
И тут неожиданно выяснилось, что Николай Егорович работает патологоанатомом! Нет, я лично ничего не имею против патологоанатомов, но представить, что, возможно, меня коснётся рука, кромсающая трупы, было трудно. А запах формалина! Мне всегда казалось, что он въедается навечно в запах моргов, а также, в одежду тех, кто там работает, это почти как с поварами и кондитерами...
- Вы что-то замолчали, - искал меня голос Николая Егоровича, - Вы ходите в церковь? Давайте встретимся там!
- Давайте, - неуверенно выдохнула я, совершенно не думая никого обидеть, но собеседник тут же попрощался с грустью в голосе. Он понял меня без слов, видимо вполне и безнадёжно готовый к подобной реакции. Мне стало ужасно стыдно, только поделать с собой я ничего не могла. С тех пор на звонки незнакомых людей я отвечаю сдержанно и скупо, а к работе патологоанатомов отношусь с уважением, но с оттенком сочувствия. Человек ко всему способен привыкнуть, но пока привычки нет, лучше не начинать...

Не очень случайное знакомство.

Есть такие специальные женщины в русских селеньях, которые приходят на минутку, да и то только потому, что шли мимо и решили занести вам книгу, потрясшую их оригинальное воображение, и теперь они находятся в полной уверенности, что именно эта книга поможет вам скоротать вашу скудную и унылую жизнь. В стадии агрессивного развития находятся абсолютно все рецепторы и органы чувств подобных особ, с их помощью они определяют не только, кому и что необходимо в этой жизни, но, также и то, что именно сегодня, в день их замечательного явления, как Христа народу, вы приготовили что-то вкусное к обеду. Они также уверены, что, поскольку вы являетесь человеком вежливым и участливым, то не откажете себе в удовольствии угостить нежданную гостью этим самым обедом.
Так, собственно, и получилось, что абсолютно подтверждает всё вышеизложенное. Галя, с символической фамилией Забегалина (теперь-то я произношу её немного по-другому, переставив буквы и исключив из их числа букву «г»), сказала мне, войдя и уверенно отодвинув меня своей грудью, похожей на две стратегические ракеты земля-земля, в глубину прихожей, что «заскочила» ко мне "по пути буквально на минуту". Однако она сразу разделась, по-хозяйски надела тапочки и плотно уселась на кухонный табурет, причём, с таким потрясающим видом, будто ее долго уговаривали остаться и она согласилась исключительно из вежливости. Время было обеденное и мне ничего не оставалось, как предложить Гале отведать свежеприготовленного сациви за компанию со мной, тем паче, что аромат этого блюда разливался по всей квартире. Галя была женщиной уверенной в себе, упитанной до гладкости, этакий крепкий таран невысокого роста со здоровенной кормой и поросячьими глазками. Безвкусно одетая, смакующая каждую произнесенную ею фразу, хотя я ни разу не слышала от нее ни одного умного слова, она изрекала свои благоглупости так, будто была признанным авторитетом во всех областях науки и техники. Не случайно её избрали в родительский комитет класса, где учились наши дети. Мне до таких высот подняться было не дано.
- Готовишь ты, конечно, вкусно, - накладывая себе вторую порцию сациви, квохтала Галя, отводя глазки в сторону, - но я готовлю не хуже. Что это тут у тебя намешано? Лук явно присутствует, ну, еще орехи, специи, курица, - ничего особенного, напишешь мне на бумажке, я дома сделаю!
Ах, с каким бы удовольствием я натянула ей цептер-миску на голову! Мне даже почудилось, что соус уже течёт за воротник ее безумной, кричащей всеми цветами радуги кофточки и, пробежав по спине, заливается в трусы. Они мне представились непременно белого цвета и советского покроя панталонами.
- Знаешь, - с набитым ртом продолжала Галя, - ты, конечно, невеста незавидная, с двумя-то детьми, но пристроить тебя можно. Есть у меня знакомый, хороший мужик, руки у него золотые, жена недавно померла!
- Уконтропупил! - выпалила я, - с золотыми-то руками!
Но Галя будто не слышала. Видимо решила, что на меня не следует обращать внимания, как на человека несерьёзного и в любовных делах небоеспособного.
- Дам я ему, пожалуй, твой телефон, - не обращала внимания Галя на мой казарменный юмор. - Такие мужики на улице не валяются! - расщедрилась она, мелькая вилкой, - его быстро подберут. Всё умеет! И прибьет, и залатает, и сам приготовит, тебе такого и нужно, - окончательно решила она!
- Ну, приготовлю я, положим, сама, а вот на счёт прибьет - это ты в каком смысле? Такой умелец, а жена все равно на том свете! Не от уменья ли прибивать? - съехидничала я во второй раз.
- Да нет, болела она чем-то, детей нет, квартира-машина, - пропихивала Галя своего кандидата на прибивание, протягивая руку за третьей порцией сациви. Тебе-то что, не понравится, твоё дело!
- Не надо мне умельцев, я любви хочу, - сопротивлялась я, внутренне забавляясь, и даже не думая, что всю эту чушь моя гостья говорит всерьёз, а не для отвода моих глаз от миски с сациви.
- Вот любовь в нашем возрасте вряд ли возможна,- с сожалением облизывала шанцевый инструмент бесцеремонная сваха, - а одной-то все равно тяжело. Привычка - вот что держит нас с мужем вместе, да еще квартира. Знаешь, какие люстры я купила на прошлой неделе, - бронзовые! Приезжай посмотреть, они храмовые, мне по случаю недорого достались!
Храмом Галину квартиру назвать было трудно, зачем ей церковные паникадила со свечами, непонятно, к тому же, они настолько объемны, будучи рассчитаны на большие пространства, что в её пластмассово-плюшевом царстве брежневских времён наверняка выглядели громоздко и нелепо.
Переполненная даровой едой Галя еле вылезла из-за стола и с трудом обула тесные туфли. Книгу она оставила в прихожей, невнятно попрощалась "скоро увидимся" и вылезла за дверь с грацией детеныша бегемота.
На другой день, во второй его половине в моей квартире раздался звонок. Энергичный мужской голос грубого помола спросил без вступления, знакома ли я с Галей.
Я немного опешила, не вполне понимая, чего от меня хотят.
- Вообще-то, здравствуйте, - промямлила я, соображая, что такого могло случиться с Галей, которая в любой ситуации остается любимицей богов.
- Ну, здравствуйте, - обломал меня голос с интонацией человека, предложившего мне кучу денег безвозмездно и получившего отказ их принять. Вы хотели со мной познакомиться, вот я Вам и звоню.
Объяснять, что это не совсем так, и даже вообще не так, я не стала, а решила вступить в игру, потому что мне стало вдруг интересно, чего же наговорила обо мне Галя этому мужчинке, если такой ценный экземпляр звонит, будучи в полной уверенности, что его тут ждут с распростёртыми объятиями, и даже не считает нужным поздороваться.
Я живо представила себя в очереди за гуманитарной помощью в виде заграничных ирисок.
- Сейчас заканчиваю стеклить балкон, - барабанил голос в трубке, словно град по железной крыше, потом наварю себе щей и мы сможем встретиться в метро, где нам обоим будет удобно.
- Отчего же в метро? - спросила я. Там люди бегут, шумно. Мне это совсем неудобно. У меня тут поблизости Гоголевский бульвар, можно погулять...
- А чего нам гулять, что мы, маленькие что ли? - собеседник бесцеремонно заворачивал меня в половик, как половецкую княжну, - дел по горло. Это вы на работу не ходите, а мне вздохнуть некогда. Давайте встретимся на Охотном ряду, - что от меня, что от Вас – по времени одинаково.
- Так ведь сегодня суббота, - возразила я, - завтра никто не работает. Как Вы хотите познакомиться в метро, если мы никогда не видели друг друга? А потом, куда Вы собираетесь ехать?
- Слишком много вопросов, - недовольно прорычал голос, - мы встретимся по описанию и, если Вы страшная, разбежимся в разные стороны, чего зря время терять, а если Вы мне понравитесь, то могу к себе на щи пригласить.
Вот это да! Прёт, как каурый к водопою, и глазом не моргнет, умелец хренов. - Однако жена померла не случайно, - подумалось мне.
- А если Вы мне не понравитесь? - попробовала я смутить собеседника.
- А Вам с двумя детьми выбирать не приходится, - захлопнул надо мной крышку мужик, - будешь ломаться, останешься одна, - неожиданно он перешел на ты, решив, что мне уже некуда деваться от его железобетонных доводов.
- Так лучше быть одной, чем с таким козлом, как Вы, - выпалила я неожиданно для самой себя и тотчас услышала в трубке короткие гудки. Вот это рефлекс!
Галя с тех пор больше не появлялась. У нее случился развод с мужем, чью чашу терпения, по слухам, переполнили церковные люстры и отсутствие дома нормальной еды, поскольку все свободное время Галя посвящала стоянию в очередях за подсолнечным маслом и крупами, бывшими тогда в дефиците. Сама она предпочитала обедать у таких недотёп, как я. Книга ее до сих пор лежит на столике в прихожей и называется "Как влиять на людей". Поскольку у меня нет желания влиять на людей, то этот заграничный талмуд я даже не открывала. Может, забежит когда-нибудь, кто знает, все-таки ценная вещь, а сациви я делаю достаточно часто…

Совершенно неслучайное знакомство.

Подруги возникают из ничего и исчезают бесследно. Это закон жизни. Ирка возникла неожиданно, после того, как исчезла когда-то бесследно. У нее завалялся кавалер, которого надо было пристроить в хорошие руки. Поскольку кавалер явно был не из тех, кто валяется на дороге и в прямом, и в переносном смысле, а мои руки Ирка знала по обращению с животными (мы когда-то занимались кошками), то у нее созрел план составить наше взаимное счастье.
- Вылитый Жан Маре! - пел Иркин голос в телефонной трубке. Ручищи здоровенные, это ведь приятно, когда у мужика большие руки, да, к тому же, он мастеровой, кузнец, живет с мамой за городом. Ты вольер хотела, вот я и пошлю его к тебе под благовидным предлогом, а там сами разберетесь!
Вольер я хотела давно, но это было дорогое удовольствие. Куча денег уходила на пропитание кошачьего стада, прививки и родословные, а продавались котята не так часто, как хотелось бы. Для меня вообще было загадкой, как люди ухитрялись покупать дачи и машины от доходов с кошачьих питомников, наверное, не кормили зверей совсем.
А насчет рук...Опять эти руки золотые! Но теперь хотя бы равновесие - мои руки тоже приняты во внимание.
Жан Маре - властитель дум не одного поколения женщин, был героем не моего романа. Лицо бабье, фигура громоздкая, движения топорные, нет, не нравился мне Жан Маре. А вот вольер, если не слишком дорого, это было бы весьма кстати, да что-то не очень мне во всё это верилось.
Дяденька приехал без предварительного звонка, наудачу. Что-то общее с Жаном Маре в его лице присутствовало, особенно лоб и волосы, хотя железные коронки на передних зубах моментально убили это мимолетное сходство, как только он открыл рот, а фигура и вовсе сильно отличалась величиной в сторону уменьшения. Но руки действительно были не руками, а ручищами, и я живо представила себе, как Жан Маре подмосковного разлива гнет ими подковы для своей огромной собаки - черного терьера, о существовании которой я услышала в первую очередь.
К своему стыду, я не помню, как звали мастера -"золотые руки", поэтому оставляю ему чужое французское имя.
Итак, стены были обмеряны, цена, устроившая нас с Жаном, назначена, и я пригласила его отобедать с нами. Упираться он не стал, но и мыть руки тоже. Говорить взрослому дядьке про мытье золотых рук я не стала, боясь обидеть и как-то навредить нашей будущей сделке. Уплетал он за обе щеки, нахваливая мой грибной борщ с квашеной капустой. Девочки пришли из школы, неуверенно поздоровались с Жаном Маре, Катя изобразила на лице ехидную улыбку, дескать, чем это тут наша мама занимается...поели, скромно опустив глазки в тарелки, чем весьма понравились моему гостю.
- Какие у Вас дети замечательные, - уходя, заметил он. Я Вам позвоню обязательно, как только набросаю чертеж вольера, и привезу его показать.
На том мы и порешили. Но самое удивительное, что где-то через месяц Жан Маре ещё раз объявился и опять неожиданно, совсем как в первый раз. В руках у него были желтые хризантемы и авоська с арбузом, а ещё пакет с двумя вареными картофелинами и початой банкой шпрот.
- Я тут работал в одном месте, - смущённо произнёс он в дверях, - продукты остались, жалко было выбрасывать.
- Ну, совсем плохо, - подумалось мне. Кавалеров с начатыми шпротами у меня еще не было. Старею...
О вольере Жан Маре разговоров не заводил. Он предложил нам с девочками прогуляться и показать ему окрестности Новодевичьего монастыря. Поскольку на дворе были одновременно суббота и погожий осенний вечерок, мы согласились, хотя особой радости по этому поводу не испытывали. Все было как-то слишком натянуто. Жан Маре рассказывал нам о своем житье-бытье, о какой-то даче, которую предстояло делить с родственниками, о старенькой маме и бывшей жене. Он сверкал на меня глазами и коронками, явно не зная, чем и как меня увлечь, а я совершенно не хотела ему понравиться и не испытывала подъема или желания пококетничать, всё время думая, что вольера мне не видать, как собственных ушей. Жан Маре купил девочкам мороженое, которое тут же отняла у них наша бездонная собака Тигра и проглотила, не жуя, мы покружили вокруг монастыря и вернулись домой. Кузнец явно не собирался восвояси. Он, не торопясь, доел шпроты с картошкой, выпил чаю и объявил, что не успевает на последнюю электричку. Поскольку чувство гуманизма у меня генетическое и бороться с ним особенно трудно ближе к ночи, я постелила умельцу на полу в большой комнате (с лежанками у нас в те времена была напряженка), а сама ушла спать к девочкам, лелея навязчивую мысль о вольере.
Рано утром я стала будить гостя, так как накануне он выразил бурное сожаление по поводу оставленной дома собаки, с которой не могла погулять его больная мама, и увидела, что устроенное мною для Жана Маре ложе повернуто на сто восемьдесят градусов.
- Видимо, неудобно я Вас расположила, - извинилась я.
- Да нет, просто я смотрел эротические шоу мира, - ответил Маре, - вот я и развернулся к телевизору, а ты разве не слышала? Уж я и на кухню выходил и чайником гремел, думая, что ты услышишь! - подмигнул мне золотых дел мастер.
Чайником к любви меня еще никогда не призывали. Я молча пожала плечами.
Обиженный моим невниманием кузнец пропал надолго. Однажды на кошачьей выставке он подошел ко мне, неожиданно вынырнув из толпы посетителей, и мы перекинулись парой ничего не значащих фраз.
Он сказал, что приехал на ВДНХ с дочкой, чтобы показать ей моих замечательных котят, но дочку я так и не увидела. Наверное, плохо или не туда смотрела.
Прошло много времени, я уже почти забыла и о Жане Маре, и о вольере, но однажды кузнец позвонил мне и попросил о помощи. Его кошка измучилась в течках, и он решил стерилизовать бедное животное. Цена операции показалась ему слишком высокой, и тут он вспомнил про меня. Я позвонила знакомому ветеринару.
После операции Жан Маре заехал сказать мне спасибо. Кошка отходила от наркоза и лежала в корзинке. Была она удивительной трехцветной красавицей. Мой муж сидел на балконе и покуривал трубку, как Бельмондо. Жан Маре пил чай, опустив плечи и не говоря ни слова. Больше мы никогда не встречались. Ирка тоже пропала, как и не была. За кошачью стерилизацию я заплатила сама. Никогда ещё в моей многотрудной жизни гуманизм никого не доводил до простого человеческого счастья, если только до самоудовлетворения. Впрочем, о кошке этого сказать нельзя.…

Категория: Юмористические рассказы | Добавил: Тима (26.03.2010)
Просмотров: 533 | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Новости

Мини-чат

200

Случайные фото

Статистика

Здравствуйте, Гость
Группа "Гости"
Выход


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сегодня к нам приходили:

Новички!

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 51

Поиск